Андрей (mark_virtus) wrote in ru_psiholog,
Андрей
mark_virtus
ru_psiholog

Из книги «Отец» Луиджи Зойя

Полное название книги «Отец. Исторический, психологический и культурный анализ», т.е. – это не инструкция того, как быть отцом. Это попытка автора разобраться – кто же это такой – отец, что он делает, о чем думает, что чувствует? Эти вопросы с одной стороны звучат как попытка мыслителя и аналитика-юнгианца проанализировать, но в то же время похожи и на вопросы ребенка, не видящего днями и неделями своего отца и пытающегося понять – кто он, чем занимается, и похожи на вопросы человека, который, не найдя ответов в детстве, вырос и отправился «на поиски» отца – с теми же вопросами – кто он, чем живет... В общем, автор находится по одну сторону с людьми, которые хотели бы это знать, и вместе с ними отправляется на поиски. Сам он говорит, что у него нет ответов, а есть только «наброски», сделанные по описаниям в старых рассказах об отце (в мифах об Одиссее, Гекторе, Энейе, в романе Джона Стейнбека «Гроздья гнева» и т.д.), и честно признается в подозрении, что отца как такого уже не существует, и найти его теперь будет означать – воссоздать его по «наброскам», самостоятельно, в себе.

Дальше не смогу выдержать повествование в подобном стиле, буду проще. Книгу прочитал давно, и мысли, которые оттуда выписал, и сейчас перескажу своими словами (так будет короче; сама книга довольно пространна, за что некоторые в отзывах ее критикуют, дескать, «много воды»), были для меня открытием, они мне понравились, я с ними согласен. Объяснять или спорить за автора, почему он решил так или иначе – вряд ли смогу. Но говорить о своем отношении к его идеям, о том, почему разделяю их – мне по силам. И буду рад, если кто найдет здесь что-то интересное для себя.
Выкладываю все отрывками (связывать их между собой не вижу необходимости).
Все начинается с эпизода из биографии Фрейда. Когда он был маленьким, отец ему рассказал, как столкнулся на улице с прохожим. В то время тротуары были такими узкими, что на них невозможно было разминуться двоим, кто-то должен был посторониться, и когда отец Фрейда - Якоб - увидел идущего навстречу мужчину, он, будучи человеком не особо решительным, приостановился, замешкался. Мужчина увидел это замешательство, сорвал шапку с головы Якоба, и, крикнув – «с дороги, еврей!» – бросил шапку в грязь.

– И что было дальше? – спросил маленький Зигмунд.
– Я сошел с тротуара и подобрал шапку, – ответил отец.

Эрнест Джонс (биограф Фрейда) считает, что из-за этого рассказа мальчик пережил глубокое потрясение: в человеке, которого он всегда считал образом для подражания, не оказалось ничего героического, никакого мужества. Джонс полагает, что данный эпизод в дальнейшем повлиял на теорию психоанализа, где сын считается неизбежным соперником отца, и стал одним из мотивов критики в отношении религии, где так же есть Бог-Отец.
Так уж устроено, что ребенок, увидев унижение матери, не перестает ее любить, но если то же самое произойдет с отцом, и тот не ответит, не окажется бесстрашным героем – ребенку это будет трудно вынести. В этом и заключается особое положение отца: с одной стороны - он должен быть мужчиной, победителем, самцом, смело вступающим в любую схватку, а с другой - должен помнить, что, вступая в бой, может погибнуть или оказаться покалеченным, и оставить семью в бедственном положении, либо же, в случае победы, он обречет на трудности другую семью. В общем, с тех пор, как у человечества появилась семья, перед мужчиной постоянно встает выбор - быть «отцом» (думающем о будущем) или «самцом» (бесстрашным, удовлетворяющим сиюминутные желания, которого будущее не заботит).

Отцовство как способность «думать о детях, о семье» и ради этого терпеливо выдерживать внутренние конфликты (напр., то же унижение) не является инстинктивным поведением, это результат мыслительной деятельности. Так же не является инстинктивным поведением - кормить и защищать своих детей и женщин, - данное намерение было «решением, принятым в начале цивилизации», и ставшее затем традицией. И само осознание себя отцом – это так же результат интеллектуальных построений: для женщины появление ребенка происходит самым очевидным образом, а мужчина может осознать свою причастность к появлению новой жизни только с помощью мышления. Одним словом, все, что касается отцовства (как культуры) в конечном счете является «результатом мысли и воли», т.е., это полностью искусственное построение. И эта искусственность оказалась одновременно силой и слабостью отца. Силой в том смысле, что принципы отцовства (о которых чуть ниже) позволили развить цивилизацию, а слабость – в том, что выполнение этой роли, и само желание быть отцом может быть сравнительно легко разрушено («убито») тем внутренним «самцом».

КТО ТАКОЙ ОТЕЦ

– тот, кто учит свою семью тому, что справедливо, и предоставляет возможности для реализации этого знания;
– кто терпеливо переносит внутренние конфликты, думая не только о себе;
– кто не нападет, а защищает свой дом, семью (откуда и пошло обозначение оборонительных войн как «отечественных»);
– кто мыслит проектами, думает о будущем;
– кто не говорит «так поступают все» (и ты поступай), а его голос внутри подсказывает – как следует поступить именно тебе.

Почему вдруг внутренний голос... дело в том, что отец – это не конкретный мужчина, вернее - не только, и не только лишь роль, это еще принцип. Часто люди вырастают «без отца», даже если он фактически был, и в дальнейшем на том месте в психике, где он должен был быть, они ощущают неясность или вообще пустоту, поэтому и существует такое явление - как «поиски отца», которыми занимаются люди повзрослев, и они уже ищут не человека, понимая - что это ничего им не даст, а сам принцип, ответы на то, как следует поступать, поэтому и нет разницы в том - называть отцом человека или комплекс идей, которые внутренне укрепляют и придают сил.


ЖЕСТ ОТЦА

В древней Греции и Риме этот жест представлял собой простое действие - мужчина брал ребенка на руки и поднимал над собой. Он показывал его небу (богам) и обществу, дескать, теперь это не материя (до жеста считалось, что ребенок существо неодухотворенное, материя, порождение матери: слова «мать» и «материя» во многих языках однокоренные), что мать подарила ему жизнь физическую, а он дарит жизнь духовную, что из горизонтальных отношений, пока он там бегал на четвереньках под столом и припадал к маминой груди, отец теперь переводит его в отношения вертикальные - с обществом и богами, и общество теперь знает, что ребенок становится его частью, а боги... этот жест символизировал обращение к ним с просьбой, чтоб сын - как сейчас находится выше - чтобы и в дальнейшем он превзошел отца во всем - был умнее его, сильнее, удачливее и т.д. Это были мысли за будущее ребенка, и вообще за будущее.
Некоторые психологи считают, что подбрасывание детей над собой в виде игры-развлечения - это отголоски того архаичного жеста. И, пожалуй, главное, - данным жестом мужчина всем сообщал, что он теперь будет отцом, он так решил, так захотел, и обязуется теперь не только кормить-одевать, но и учить всему. Сейчас эквивалентом жеста является отцовская похвала, поддержка, одобрение, это тоже своего рода «подъем».


ПАТРИАРХАТ

Когда и как он возник я так и не понял, но в книге описываются события, которые наносили патриархату удары, постепенно разрушая его.

Первый удар нанесли греческие комедии, высмеивающие «убогие» отношения легкомысленного сына-транжиры и ворчливого, недоверчивого отца.

Второй удар – христианство с тезисом, что Отец и Сын суть одно, т.е., отец не важнее, не главнее сына.

Третий удар нанесла христианская церковь, обязав мужчину быть отцом всем детям, рожденным в законном браке. Т.е., отцовство перестало быть решением мужчины, возможно, уже тогда и началось формальное (коли уж принудительное) отцовство, спустя рукава, из-за чего в римском праве ввели две формы родительства: nutritor (кормилец) – обязан был предоставить кров и питание, и больше ничего, всем законнорожденным детям отец обязывался быть нутритором, и pater - отец в полном смысле, к этому невозможно было принудить, это осталось правом (и, если посмотреть, то и в наши дни, полноценное отцовство остается правом).

Четвертый удар нанесла буржуазная революция с идеей общего образования, когда отцов как бы отлучили от обучения своих детей, их стали учить в школах.

Пятый удар – промышленная революция. Сначала, правда, женщины и дети ушли на фабрики, но владельцы быстро сообразили, что мужской труд эффективнее, поэтому детей и жен вернули обратно, а мужчин забрали, в общем, не так важно, кто куда ушел, и куда вернулся, получилось так, что «революция забрала у отцов их семьи». А также забрала у них и те маленькие мастерские, фермы, где они трудились.
С тех пор отцы не видели детей (не все и не всегда, но нередко возле фабрик существовали общежития, и в будние дни мужчины домой не ходили, ночевали там), а дети не видели отцов, не видели уже как они работают в мастерских, где они раньше вместе проводили время, и вообще дети уже не видели – чем собственно занимается взрослый мужчина, о чем думает, что чувствует, у детей больше не было «красок для умственного изображения взрослого мужчины, его навыков, стоявших перед ним задач, его силы, талантов, качеств, <…>; и возникшая пустота в детской психике, постепенно начала заполняться тревожащими фантазиями».

Шестым ударом – были две мировые войны, до этого – опять же – может быть такие затяжные войны и происходили, но не в таких масштабах, когда миллионы детей годами не видели отцов.


ФЕМИНИМЗМ И ПАТРИАРХАТ

К тому времени, как возник феминизм, от патриархата остались только тлеющие обломки. Борьба женщин с несправедливостью со стороны мужчин, с их нежеланием думать о будущем, с попытками силой удовлетворить свои минутные потребности, – это было уже борьбой с «самцами», борьбой с принципом «брата» (не отца), который к тому времени распространился и окреп. Поэтому говорить, будто феминизм разрушил (или разрушает) патриархат, или что борется с ним, или причиняет вред - просто глупо.


«ПРИНЦИП БРАТА»

Автор считает, что конкуренция – это признак исчезновения «отцовского», пусть еще не полного, но этакого растворения, что это занятие «братьев», ведь если один отец убьет другого, то пострадает не один человек, но и все те, кто от него зависит, и отцы между собой это понимают и не делают так; «братьям» же в этом смысле не за кого переживать, они всегда убивали друг друга. Так же и вот эта мечта о потреблении – припасть к груди цивилизации и высосать из нее всё, все блага – это не «отцовская» мечта, это «детям» кажется светлой мечтой, достойной целью, занятием, делающим им честь.


ОТЦОВСТВО В ЕВРОПЕ

То со-родительство, что сейчас в Европе - автор не считает отцовством, там нет отца, там мужчина как бы дублирует роль мамы, он мамин друг, он не выводит ребенка в общество, в большой мир, а сам как бы от мира и общества уходит в маленький мирок, замыкается там с ребенком, и получается, что не поднимает его в «вертикаль», а сам уходит в горизонтальные отношения, сначала - образно говоря - будучи отмытым, продезинфицированным и допущенным к ребенку - закутывается с ним в пеленки, потом пытается стать ему «дружком», играя с ним в компьютерные игры, узнавая какие сейчас актуальны мемы, музыка и т.д.. В общем, это все прогрессивно, но в смысл, в назначение, в принцип отца такое поведение не вписывается. Возможно, поэтому оно и называется не отцовством, а со-родительством, по крайней мере, это честно.
___________________

Вот и всё.
Возможно, в отрывках не так отчетливо видна основная мысль Зойя, что отцовство (и явление, и принцип) - однажды возникнув, как вспышка, всю дальнейшую историю угасало. И сейчас можно видеть лишь разбросанные по планете «очаги» и «очажки», отдельные попытки возродить его. Напр., чернокожее население США, примерно треть которого решила поместить в основу своей культуры патриархальные идеи и ценности, перешла в т.н. средний класс. Остальная часть, выбравшая путь «самцов», проживает в трущобах или городах типа Детройта. В общем, все не так однозначно с этим патриархатом.
P.S. К тому времени, когда пост будет опубликован (если будет), я могу оказаться на работе и не ответить сразу. Но рано или поздно все-равно буду здесь и отвечу.
Tags: &литература, &размышления
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for members only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 37 comments